Одним из серьезных стратегических просчетов немецкого командования в ходе Второй мировой войны было недостаточное внимание к созданию и накоплению резервов. Катастрофическое развитие ситуации на южном секторе фронта и серьезный кризис на московском направлении привели к тому, что были выкачаны последние резервы из группы армий «Север». Уже в октябре 1942 г. в рамках подготовки операции «Голубятня» с фронта были сняты обе остававшиеся в распоряжении группы армий «Север» танковые дивизии (8-я и 12-я) и часть пехотных соединений. Тем самым было сведено на нет временное усиление немецких войск под Ленинградом, произведенное в августе 1942 г. в связи с несостоявшимся наступлением Э. фон Манштейна. Вскоре эти соединения были исключены из борьбы на подступах к Ленинграду не только организационно, но и технически — все они были втянуты в бои под Ржевом и Великими Луками. Поэтому к зиме 1943 г. в распоряжении командования 18-й и 16-й немецких армий не оказалось ни одного крупного механизированного соединения для парирования возможного наступления Красной Армии.

Прорыв блокады Ленинграда не был только вопросом [440] престижа. Связывавшая Ленинград со страной «дорога жизни» по льду Ладожского озера, работая с максимальной нагрузкой, могла обеспечить лишь самые необходимые потребности города и фронта в продовольствии, боеприпасах и горючем.

Положение и группировка войск Ленинградского и Волховского фронтов к январю 1943 г. были следующими. Ленинградский фронт генерал-лейтенанта Л.А.Говорова оборонялся на позициях, остававшихся практически неизменными с момента установления блокады осенью 1942 г. Его 23-я армия оборонялась на Карельском перешейке против финских войск. Ораниенбаумский плацдарм на южном берегу Финского залива удерживала Приморская оперативная группа. Участок фронта, южнее Ленинграда, от Урицкого до Пороги обороняли 42-я и 55-я армии. На правом берегу Невы от Пороги до Ладожского озера оборонялась созданная на базе Невской оперативной группы 67-я армия. Частью сил армия удерживала небольшой плацдарм на левом берегу реки против Невской Дубровки. Всего Ленинградский фронт насчитывал двадцать две стрелковые дивизии, десять стрелковых, две лыжные и пять танковых бригад и четыре укрепленных района. В резерве фронта в районе Ленинграда находились одна стрелковая дивизия, одна стрелковая и одна танковая бригады. Войска фронта прикрывались с воздуха зенитной артиллерией и частями 13-й воздушной армии.

Войска Волховского фронта генерала армии К.А.Мерецкова оборонялись между Ладожским озером и озером Ильмень практически на тех же позициях, с которых началась Синявинская операция августа — сентября 1942 г. Ленинградский и Волховский фронт разделялись узкой полосой в районе Синявино, примыкавшей к Ладожскому озеру и называвшейся немцами «бутылочное горло». Со стороны Волховского фронта восточную стенку «бутылочного горла» занимали 128, 372, 256-я и 327-я стрелковые дивизии 2-й ударной армии. Основные силы этой армии в составе семи стрелковых дивизий [441] располагались в 15—25 км от линии фронта и занимались боевой подготовкой. Левее 2-й ударной армии на рубеже Гайтолово, Лодва, Кириши (40 км юго-восточнее Лодвы) оборонялись 8-я и 54-я армии, а далее от Кириши до озера Ильмень по р. Волхов — 4, 59-я и 52-я армии. В резерве фронта, за его правым крылом, находились две стрелковые дивизии и две лыжные бригады. Всего в составе фронта имелись тридцать четыре стрелковые дивизии, двенадцать стрелковых, две лыжные и семь танковых бригад. Поддержка с воздуха осуществлялась 14-й воздушной армией Волховского фронта.

Тяжелое положение осажденного города требовало, невзирая на неудачи, упорно работать над задачей прорыва блокады. Вскоре после неудачного завершения Синявинской операции, в ноябре 1942 г., командование Волховского и Ленинградского фронтов при участии представителей Ставки ВГК Г.К.Жукова и К.Е.Ворошилова приняли решение о проведении новой операции, с тем чтобы «соединить Большую землю и осажденный Ленинград прочным коридором». Предполагалось пробивать коридор по кратчайшему расстоянию через «бутылочное горло», в тех же местах, где проходила Синявинская операция.

Непосредственным противником войск Ленинградского и Волховского фронтов оставалась 18-я армия генерал-полковника Линдемана. Вынужденно обреченная на пассивность армия находилась в довольно сложном положении. Опыт года боев показал, что удары Волховского фронта могут последовать практически в любой точке от Ладожского озера до озера Ильмень. На реке Волхов со времен разгрома 2-й ударной армии в июне 1942 г. у советских войск имелся сравнительно крупный плацдарм. Наступление могло последовать как с этого плацдарма, так и в районе «бутылочного горла». Всего в составе 18-й немецкой армии имелось девятнадцать пехотных и три авиаполевых дивизии и одна пехотная бригада СС. Из этих 23 соединений только одна дивизия была выделена в армейский резерв. На каждую [442] дивизию приходилось в среднем по 20 км фронта. Наиболее слабые 9-я и 10-я авиаполевые дивизии находились против ораниенбаумского плацдарма. Однако, обороняясь в рамках почти неизменной линии фронта в течение 16 месяцев, войска 18-й армии построили развитую систему оборонительных сооружений.

Собственно «бутылочное горло» оборонял XXVI армейский корпус генерал-лейтенанта фон Лейзера. Построение войск этого корпуса было наиболее плотным. Оборонявшиеся здесь дивизии занимали участки не более 8—12 км по фронту. По левому берегу р. Нева против 67-й армии Ленинградского фронта оборонялись 227, 170-я пехотные дивизии и 5-я горнострелковая дивизия. Против 2-й ударной армии и правого фланга 8-й армии Волховского фронта оборонялись 1 -я и 223-я пехотные дивизии.

Со сложными условиями местности в районе «бутылочного горла» советские войска столкнулись еще в ходе проведения Синявинской операции. Заболоченный район синявинских торфоразработок, изрезанный глубокими канавами, затруднял движение танков и артиллерии. Расположенные вдоль дорог рабочие поселки с каменными постройками были приспособлены противником к обороне и являлись основой для опорных пунктов. Лесные массивы на флангах этого участка с командными высотами в районе Синявино способствовали маскировке, создавали условия для хорошего наблюдения за окружающей местностью и облегчали противнику организацию огня и контратак по флангам наступающего. Сплошной лес к югу от Синявино позволял противнику скрытно подтягивать резервы и части с соседних участков фронта, не боясь воздействия на подходящие колонны войск с воздуха.

Все пространство «бутылочного горла» было заполнено узлами сопротивления и многочисленными опорными пунктами, связанными между собой траншеями и отсечными позициями. Одновременно нельзя не отметить, что определенные сложности на той же местности [443] испытывали также войска противника. Здесь было практически невозможно вести земляные работы, и часто вместо традиционных окопов оборона строилась на системе возвышающихся над землей стенок и валов. Перед передним краем и перед позициями в глубине обороны противник создал минные поля, проволочные заборы, рогатки, надолбы и рвы. Высокие и крутые скаты левого берега р. Нева были минированы и местами покрыты льдом. Все препятствия находились под огнем стрелкового оружия и минометов.

8 декабря 1942 г. последовала директива Ставки ВГК № 170703 Ленинградскому и Волховскому фронтам о подготовке операции с целью прорыва блокады Ленинграда:

«Совместными усилиями Волховского и Ленинградского фронтов разгромить группировку противника в районе Липка, Гайтолово, Московская Дубровка, Шлиссельбург и, таким образом, разбить осаду гор. Ленинград, к исходу января 1943 г. операцию закончить.Закрепившись прочной обороной на линии р. Мойка, пос. Михайловский, Тортолово, обеспечить коммуникации Ленинградского фронта, после чего войскам дать 10-дневный отдых.

В первой половине февраля месяца 1943 года подготовить и провести операцию по разгрому противника в районе Мги и очищению Кировской жел. дороги с выходом на линию Вороново, Сиголово, Войтолово, Воскресенское. По окончании Мгинской операции войска перевести на зимние квартиры. Настоящий приказ довести до командиров полков включительно» (Русский архив: Великая Отечественная: Ставка ВГК. Документы и материалы. 1942 г…..С. 464).

Позднее был установлен срок готовности войск обоих фронтов к началу наступления — 11 января 1943 г.

Операция «Искра» стала последней удавшейся попыткой прорыва блокады Ленинграда. В этой связи интересно проследить эволюцию советских планов восстановления коммуникаций, связывающих Большую [444]землю с городом. Первоначально, в первые дни после установления блокады, пытались пробиваться по кратчайшему расстоянию. Это было естественным желанием восстановить только что потерянное. В зимнюю кампанию 1941—1942 гг. была задумана масштабная операция по сокрушению фронта противника на реке Волхов, установлению связи с Ленинградом и выходу на тылы группы армий «Север». Фронт прорывался примерно посередине между Ладожским озером и озером Ильмень. После катастрофы 2-й ударной последовала Синявинская операция, в которой предполагалось пробить коридор к Ленинграду между Мгой и Синявино, почти по кратчайшему расстоянию, намного ближе к Ладожскому озеру, чем прорыв 2-й ударной армии. Однако вновь последовали фланговые удары противника, которые привели к окружению ударной группировки 8-й армии. Наконец в «Искре» было решено пробивать коридор без попыток окружить хотя бы полк противника в «бутылочном горле», прямо по берегу Ладожского озера, без риска получить удар во фланг. Войска Ленинградского и Волховского фронтов здесь разделяли всего 12—15 км. Зимой 1943 г. задача ударной группировки Волховского фронта состояла в том, чтобы прорвать оборону немцев на участке Липка, Гайтолово, уничтожить оборонявшиеся здесь войска противника, овладеть Рабочими поселками № 1, № 5 и Синявино и, соединившись с войсками Ленинградского фронта, повернуть фронт наступления на юг и выдвинуться на линию р. Мойка, пос. Михайловский, Тортолово.

Особенностью «Искры» также была постановка практически равных по глубине задач войскам деблокируемого Ленинградского фронта. Улучшение ситуации со снабжением позволило им принять более активное участие в операции по сравнению с предыдущими попытками прорыва блокады. Ударная группировка Ленинградского фронта имела задачей форсировать Неву, прорвать оборону противника на участке Московская Дубровка, Шлиссельбург, уничтожить оборонявшегося [445] здесь противника и, соединившись с войсками Волховского фронта, выдвинуться на р. Мойка между Анненском и Келколово.

В целом перед Ленинградским и Волховским фронтами ставилась ограниченная задача — прорвать оборону противника непосредственно южнее Ладожского озера, ликвидировать «бутылочное горло» и обеспечить сообщение с Ленинградом по суше. Разгром войск группы армий «Север» предполагался в последующих операциях. Не следует думать, что план «Искры» был правильным, а предыдущие планы снятия блокады — ошибочными. Каждый из них в принципе соответствовал обстановке. Зимой 1942 г. было целесообразно нащупать слабое место в построении войск противника на Волхове и прорываться по длинному маршруту. Зимой 1943 г. Красная Армия ощущала себя уже достаточно сильной и подготовленной, чтобы осуществить штурм крепости XX столетия, занимавшей все пространство «бутылочного горла». Несмотря на небольшое расстояние, отделявшее советские войска по обе стороны от линий обороны XXVI армейского корпуса, сама по себе задача штурма этого промежутка не была простой. Под Сталинградом в сентябре и октябре 1942 г. войска Донского фронта в сходной оперативной обстановке и при более благоприятных условиях местности не смогли пробить плотную оборону немецких войск к северу от города.

Состав назначенной для наступления со стороны Ленинграда 67-й армии генерал-майора М.П.Духанова за счет резервов и перегруппировки некоторых соединений и частей с других участков фронта был значительно усилен. К началу операции армия имела в своем составе семь стрелковых дивизий, шесть стрелковых, одну лыжную и две танковые бригады, два отдельных танковых батальона, минометную бригаду, двадцать два артиллерийских и минометных полка, шесть дивизионов тяжелой артиллерии Краснознаменного Балтийского флота и пятнадцать инженерных батальонов. [446]

Средняя укомплектованность стрелковых дивизий 67-й армии составляла около 9 тыс. человек, стрелковых бригад — 5 тыс. человек и лыжных бригад — 2,5 тыс. человек. В армии насчитывалось 1700 орудий и минометов калибра 76 мм и выше, 190 танков, из них 47 тяжелых (KB), 83 средних (T-34) и 60 легких (БТ, Т-26, Т-70). При ширине участка прорыва в 12 км в армии была создана средняя плотность 140 орудий и минометов и 16 танков на километр фронта.

Командующий 67-й армией решил блокировать мощные узлы обороны противника на флангах полосы прорыва — в районах 1-го и 2-го городков и Шлиссельбурга, а главный удар нанести по менее укрепленному участку обороны противника между 2-м городком и Шлиссельбургом. После осуществления прорыва войска армии должны были развивать наступление на Синявино и Рабочий поселок № 5.

Войска 67-й армии в операции «Искра» были построены в два эшелона. Первый эшелон составляли 45-я гвардейская, 268, 136-я и 86-я стрелковые дивизии. Каждая дивизия первого эшелона армии была усилена танковым батальоном, четырьмя-пятью артиллерийскими и минометными полками, истребительно-противотанковым артиллерийским полком и одним-двумя инженерными батальонами. Во втором эшелоне находились 13-я и 123-я стрелковые дивизии, 142-я и 123-я стрелковые бригады. В армейском резерве оставались 102-я и 138-я стрелковые, 34-я лыжная, 152-я и 220-я танковые бригады. Оборона пассивного участка фронта по правому берегу р. Нева на участке Пороги, Невская Дубровка, практически равного по ширине участку прорыва, возлагалась на 46-ю стрелковую дивизию и 11-ю стрелковую бригаду. Обеспечение Ладожской трассы с юга было возложено на 55-ю стрелковую бригаду, оборонявшуюся на льду Ладожского озера.

Первому эшелону армии была поставлена задача — прорвать оборону противника, сосредоточивая основные усилия в центре полосы наступления армии, разгромить [447] части 170-й пехотной дивизии и к исходу первого дня операции выйти на линию северная окраина Арбузово, отметка 22,4, Рабочий поселок № 2, а частью сил блокировать узлы сопротивления в 1-м и 2-м городках и в Шлиссельбурге. Глубина задачи первого дня наступления составляла 3—4 км. Самым сложным было преодоление под огнем 900-метрового совершенно открытого участка по льду Невы и штурм крутого берега, превращенного в сплошной ледовый склон.

По достижении указанного рубежа намечался ввод в сражение второго эшелона армии, который совместно с дивизиями, наступавшими в первом эшелоне, должен был довершить разгром противника и, развивая удары в направлениях на Синявино, Рабочий поселок № 5 и Рабочий поселок № 1, соединиться с войсками ударной группировки Волховского фронта.

На Волховском фронте навстречу 67-й армии должна была наступать 2-я ударная армия генерал-лейтенанта В.З.Романовского. В эту армию было собрано одиннадцать стрелковых дивизий, в то время как в остальных армиях Волховского фронта оставалось по три-четыре стрелковые дивизии. Только 54-я армия была примерно равна по численности 2-й ударной армии — семь стрелковых дивизий. В основном дивизии перегруппировывались из 8-й армии, которая была основным участником предыдущей, Синявинской операции.

Перед 2-й ударной армией была поставлена задача — прорвать оборону противника на участке Липка, Гайтолово и, нанося главный удар на Синявино, овладеть рубежом Рабочий поселок № 1, Рабочий поселок № 5, Синявино. В дальнейшем войска армии должны были продолжать наступление в западном направлении до соединения с войсками Ленинградского фронта.

Обеспечение левого фланга 2-й ударной армии возлагалось на 8-ю армию, которая своими правофланговыми соединениями должна была наступать в направлении Тортолово, пос. Михайловский. [448]

В составе 2-й ударной армии к началу операции находилось одиннадцать стрелковых дивизий, две лыжные и четыре танковые бригады, танковый полк, четыре отдельных танковых батальона, тридцать восемь артиллерийских и минометных полков, две инженерные бригады и шесть отдельных саперных батальонов.

Укомплектованность стрелковых дивизий 2-й ударной армии составляла 7—9 тыс. человек. В армии имелось 2100 орудий и минометов 76-мм калибра и выше, 68 тяжелых танков (KB), 115 средних танков (T-34) и до 100 легких танков (Т-26, Т-60, Т-70), что при ширине участка прорыва армии в 13 км давало среднюю плотность 160 орудий и минометов и 22 танка на километр фронта.

Командующий 2-й ударной армией создал первый эшелон в составе 128, 372, 256, 327, 376-й и 314-й стрелковых дивизий, усилив каждую из них тремя-пятью полками артиллерии и саперами. Своего рода ветеран сражений на Волховском фронте, 327-я стрелковая дивизия полковника Н.А.Полякова, кроме того, была усилена тяжелым танковым полком, а 376-я дивизия генерал-майора Н.Е.Аргунова — танковой бригадой. Второй эшелон армии составляли 18, 191, 71-я и 11-я стрелковые дивизии, 122, 98-я и 16-я танковые бригады, располагавшиеся к началу операции в районах Верхняя Назия, Крутой Ручей и Килози. В резерве армии, в районе Путилове, находились 147-я стрелковая дивизия, 12-я и 13-я лыжные бригады. Во всех наступающих частях были созданы штурмовые группы и группы разграждения.

Задачей первого эшелона армии являлся прорыв обороны противника на участке Липка, Гайтолово и выход на линию 2 км западнее Рабочего поселка № 4, оз. Глухое, Рабочий поселок № 7. В дальнейшем совместно со вторым эшелоном армии соединения первого эшелона должны были овладеть Рабочими поселками № 1, № 5, Синявино и развивать наступление до фактической встречи с войсками Ленинградского фронта. [449]

В целях обеспечения левого фланга 2-й ударной армии командующий 8-й армией генерал-майор Ф.Н.Стариков решил осуществить прорыв обороны противника на участке Гайтолово, Мишкино и наступать на пос. Михайловский силами 80-й стрелковой дивизии полковника Н.В.Симонова и 73-й бригады морской пехоты, усиленных танковым полком, танковым батальоном и девятью артиллерийскими и минометными полками. Во втором эшелоне 8-й армии наступала 364-я стрелковая дивизия генерал-майора Ф.Я.Соловьева.

Прорыв обороны противника и соединение войск Волховского и Ленинградского фронтов южнее Ладожского озера намечалось осуществить в течение семи дней. Учитывая сложность прорыва сильно укрепленной обороны противника и трудные условия местности, а также недостаточный опыт наших войск в наступательных боях, средний темп наступления войск 67-й и 2-й ударной армий планировался от 2 до 4 км в сутки.

Для взаимной информации и поддержания четкого взаимодействия в ходе операции между командующими фронтами и армиями, их штабами, а также между командующими артиллерией фронтов и командующими воздушными армиями была организована проводная связь (через Ладожское озеро) и радиосвязь.

Артиллерийская подготовка атаки в 67-й армии была запланирована продолжительностью в 2 часа 20 мин., а во 2-й ударной армии, где плотность артиллерии была выше, — 1 час 45 мин. Сопровождение пехоты на глубину одного километра в обеих армиях обеспечивалось огневым валом, а далее последовательным сосредоточением огня.

В 67-й армии в целях сохранения льда на р. Нева разрушение оборонительных сооружений противника на переднем крае и в глубине до 200 м должно было производиться только орудиями, выставленными для стрельбы прямой наводкой. Для этой цели на каждый километр фронта было выделено 22—24 орудия преимущественно 45— и 76-мм калибра. [450]

Во 2-й ударной армии почти все танковые части, предназначенные в первый эшелон, должны были действовать с левофланговыми дивизиями, наступавшими на Синявино. Здесь плотность танков достигала 20 единиц на километр, а с вводом в бой второго эшелона она увеличивалась до 30—32 танков на километр фронта.

В 67-й армии с первым эшелоном по льду р. Нева, толщина которого не превышала 40—50 см, должны были наступать только легкие танки, которых в среднем на километр фронта приходилось не более 6—8 единиц. После переправы через Неву средних и тяжелых танков по специально устроенным поверх льда копейным дорогам танковая плотность в армии повышалась до 16—20 танков на километр фронта.

К операции были привлечены 13-я воздушная армия Ленинградского фронта под командованием генерал-майора авиации С.Д.Рыбальченко, имевшая в своем составе 218 самолетов, и 14-я воздушная армия генерал-майора авиации И.П.Журавлева Волховского фронта в составе 447 самолетов, а также группа авиации флота в количестве 227 самолетов. Всего насчитывалось 900 самолетов, в числе которых было 430 истребителей, 270 штурмовиков и 200 бомбардировщиков. Истребительная и штурмовая авиация была вооружена самолетами новых типов, а в числе бомбардировщиков находилось около 100 самолетов По-2.

Таким образом, против оборонявших Шлиссельбургско-Синявинский выступ войск противника, равных по силам примерно шести пехотным дивизиям и имевших в своем составе до 700 орудий и минометов, командование Ленинградского и Волховского фронтов сосредоточило двадцать стрелковых дивизий, семь стрелковых, три лыжные и пять танковых бригад с общим количеством 4600 орудий и минометов и около 500 танков. Численное превосходство над противником было создано по пехоте в 4,5 раза, по артиллерии — в 6—7 раз и по танкам — в 10 раз. В отношении танков ситуация была довольно своеобразная. В распоряжении командующего[451] 18-й армией была 1 -я рота 502-го тяжелого танкового батальона «тигров». На 18 ноября 1942 г. в ней числилось 9 Pz.III с 50-мм длинноствольной пушкой, 7 Pz.III с 75-мм короткоствольной пушкой, 6 Pz.VI «тигр». Наличие «тигров» несколько нарушало общую картину подавляющего превосходства советских войск в танках. В роли средства борьбы с советской бронетехникой «тигры» могли доставить немало неприятностей. Снижала эффект от использования новых немецких танков только болотистая местность, неблагоприятная для 56-тонных машин. Также в подчинении 18-й армии находился 226-й батальон штурмовых орудий.

Создание огромного локального превосходства (во 2-ю ударную было собрано подавляющее большинство танковых бригад и артиллерийских полков Волховского фронта) в силах и средствах над противником создавало предпосылки для успешного прорыва блокады Ленинграда.

В течение декабря и первой декады января в войсках Ленинградского и Волховского фронтов развернулась всесторонняя подготовка к операции. В тылу на учебных полях и специально оборудованных по типу опорных пунктов противника городках шла подготовка подразделений к штурму укрепленных позиций и ведению наступательного боя в лесу. На совместных учениях отрабатывались вопросы взаимодействия и управления войсками в ходе наступления. Пехота проходила обучение с теми танковыми и артиллерийскими частями, с которыми она должна была взаимодействовать в бою. Войска 67-й армии тщательно готовились к форсированию Невы по льду; на озерах войска обучались преодолевать участки битого льда с помощью досок, лестниц, багров и других средств. На участке 55-й армии, где р. Нева проходила в тылу наших войск, было проведено несколько учений по преодолению реки пехотой, танками и артиллерией.

В 67-й и 2-й ударной армиях к началу операции имелось по 1,5—2 боевых комплекта боеприпасов для [452] стрелкового оружия, по 3—4 боевых комплекта снарядов и мин для дивизионной и зенитной артиллерии и до 5—6 боекомплектов для армейской артиллерии. Накоплением больших запасов боеприпасов за счет интенсивной работы оправившейся от эвакуации промышленности обстановка зимы 1943 г. качественно отличалась от обстановки Любаньской операции зимы 1942 г.

В ночь на 10 и 11 января войска ударных группировок фронтов заняли исходное положение для наступления. Соединения первого эшелона 67-й армии расположились в траншеях на левом берегу р. Нева на удалении 600—700 м от переднего края обороны противника, а первый эшелон 2-й ударной армии занял подготовленные исходные позиции в 300—500 м от первой траншеи противника, проходившей по восточной окраине Липка, Рабочий поселок № 8, роща «Круглая», Гайтолово.

Метеорологические условия к началу операции и в период ее проведения характеризовались значительным колебанием температуры воздуха (от 0 до 15 градусов ниже нуля). Вследствие частых оттепелей почва в[453] болотистых районах промерзла всего на 15—20 см, что крайне затрудняло действия танковых войск в ходе наступления. Иногда в утренние часы отмечались небольшие туманы, несколько осложнявшие наблюдение за противником и действия нашей авиации.

В ночь на 12 января сводная группа ночных бомбардировщиков Волховского фронта подвергла массированным ударам артиллерийские позиции и пункты управления противника в полосе прорыва. Одновременно группа авиации Балтийского флота нанесла удар по аэродромам и железнодорожным узлам в тылу 18-й немецкой армии. Тем самым «бутылочное горло» временно изолировалось от переброски резервов по железной дороге с других участков фронта группы армий «Север».

В 9.30 утра 12 января на участках наступления фронтов началась артиллерийская подготовка атаки. За 40 минут до начала атаки пехоты и танков штурмовая авиация Ленинградского и Волховского фронтов группами по 6—8 самолетов атаковала узлы связи, опорные пункты, артиллерийские и минометные батареи в районах Рабочих поселков № 1, № 2, № 4, № 5 и № 7, Синявино и пос. Михайловский.

По окончании артиллерийской подготовки атаки ударные группировки фронтов при поддержке авиации и под прикрытием огневого вала артиллерии начали атаку укрепленных позиций противника.

Войска первого эшелона 67-й армии Ленинградского фронта, форсировав Неву по льду, сломили сопротивление противника между 2-м городком и Шлиссельбургом, и к концу дня наступавшие в центре 268-я и 136-я стрелковые дивизии продвинулись на глубину до трех километров. Наступавшая с плацдарма в районе Московская Дубровка 45-я гвардейская стрелковая дивизия генерал-майора А.А.Краснова выбила противника из первой траншеи, но, встретив сильное огневое сопротивление с фронта и с флангов, дальше продвинуться не смогла. Неуспешной также была попытка 86-й [454] стрелковой дивизии В.А.Трубачева форсировать Неву против Шлиссельбурга. По приказу командующего 67-й армией М.П.Духанова во второй половине дня 86-я дивизия переправилась через Неву в районе Марьино на плацдарм, захваченный 136-й стрелковой дивизией, и начала наступление на Шлиссельбург с юга.

Войска 2-й ударной армии Волховского фронта 12 января перешли в наступление на всем фронте от Липки до Гайтолово. Особенно упорные бои происходили в районах трех наиболее сильных опорных пунктов противника — на правом фланге против Липки, в центре за Рабочий поселок № 8 и на левом фланге за рощу «Круглая». К исходу дня войска армии, прорвав оборонительную позицию противника севернее и южнее Рабочего поселка № 8 и овладев рощей «Круглая», продвинулись на 2—3 км. На участке Гонтовая Липка, Гайтолово наши части продвинулись на 1 км, а южнее правофланговые соединения 8-й армии местами овладели только первой траншеей противника.

В течение ночи на 13 января войска 67-й и 2-й ударной армий закреплялись на достигнутых рубежах и готовились к продолжению наступления. Противник, значительно усилив артиллерийский и минометный огонь по расположению наших войск, использовал ночь для усиления своей обороны. В район 1-го и 2-го городков из района Мга был выдвинут 283-й полк 96-й пехотной дивизии, а гарнизоны в Липке и в Рабочем поселке № 8 были усилены двумя батальонами за счет тактических резервов. Одновременно в район Синявино и Рабочего поселка № 5 были выдвинуты остальные части 96-й пехотной дивизии и 85-й горно-егерский полк. Также были сняты из района Погостья и направлены в «бутылочное горло» в район Шлиссельбурга 151-й и 162-й пехотные полки 61-й пехотной дивизии под общим руководством генерал-майора Хюнера. Хорошо видно, что в первую очередь немцы направляли резервы (которые были усилены ротой «тигров») против Ленинградского фронта, рассчитывая, что легче будет остановить 67-ю армию, наступающую из блокадного Ленинграда. [455]

С утра 13 января ударные группировки фронтов продолжали наступление. Войска 67-й армии, развивая наступление на Рабочий поселок № 5, одновременно стремились окружить противника в районе 1-го и 2-го городков и расширить фронт прорыва в южном направлении. Однако наступление 45-й гвардейской стрелковой дивизии с юга и 268-й стрелковой дивизии с севера в обход 1-го и 2-го городков встретило ожесточенное сопротивление противника. 45-я гвардейская стрелковая дивизия, отразив контратаку двух батальонов немцев, продвижения не имела. Против 268-й стрелковой дивизии перешли в контратаку выдвинутый из резерва 283-й пехотный полк, усиленный 4 «тиграми» и 8 Pz.III, и до двух батальонов 170-й пехотной дивизии. Дивизия, не выдержав удара танков противника, отошла на восточную опушку леса севернее 2-го городка. По данным противника, в этом бою было подбито 12 советских танков. Однако восстановить положение этой контратакой немцам не удалось. Единственный резерв 18-й армии был введен в позиционные бои. Теперь оставалось парировать кризисы переброской батальонов с одного участка на другой.

136-я стрелковая дивизия, усиленная 61-й танковой бригадой, продолжала наступление в юго-восточном направлении и к исходу дня заняла лес в полутора километрах северо-западнее Рабочего поселка № 5, глубоко вклинившись в расположение противника. Рабочий поселок № 5 был своего рода фортом с 15 ДЗОТами и шестью батареями 105-мм легких полевых гаубиц. Через него проходила дорога, связывавшая Синявино и берег Ладожского озера. 86-я стрелковая дивизия, очистив от противника лес южнее Шлиссельбурга, вышла к железной дороге, но, встретив упорное сопротивление, дальше продвинуться не смогла.

Войска первого эшелона 2-й ударной армии, усиленные соединениями второго эшелона — 18-й и 71-й стрелковыми дивизиями и 98-й танковой бригадой, [456] 13 января возобновили наступление на всем фронте, но, встретив повсюду исключительно упорное сопротивление противника, имели незначительное продвижение.

14 января 67-я армия, введя в бой из второго эшелона 102-ю стрелковую бригаду и 123-ю стрелковую дивизию, усиленную 122-й танковой бригадой, стремилась сломить сопротивление противника в 1-м и 2-м городках. В направлении Рабочего поселка № 3 в бой была введена 123-я стрелковая бригада. Однако развить наступление войскам армии не удалось.

2-я ударная армия, блокировав опорный пункт в Рабочем поселке № 8, силами 372, 18-й и 256-й стрелковых дивизий к вечеру 14 января вышла на линию Рабочих поселков № 4 и № 5. Рабочий поселок № 8 тоже был своего рода «фортом Дуомон» — его гарнизон составляли около 700 человек, опиравшихся на 16 ДЗОТов. Южнее войска 2-й ударной армии прорвали вторую позицию противника и овладели станцией Подгорная. 191-я стрелковая дивизия заняла Рабочий поселок №7 и вела бой за станцию Синявино. Одновременно войска армии продолжали настойчивые атаки юго-западнее рощи «Круглая» и в районе Липки, где для помощи 128-й стрелковой дивизии через Ладожское озеро в тыл противнику вышла 12-я лыжная бригада.

Таким образом, к исходу 14 января между войсками Ленинградского и Волховского фронтов, вышедшими к Рабочему поселку № 5, оставалось расстояние не более двух километров. Части противника, находившиеся в районах Шлиссельбурга и Липки, оказались почти полностью изолированными от основных его сил, оборонявшихся в районах 1-го и 2-го городков, Синявино и в лесу юго-восточнее Синявино. Они образовали так называемую группу Хюнера. Согласно принятой в вермахте практике они продолжали вести бои в окружении, получая снабжение по воздуху.

В течение 15, 16 и 17 января войска 67-й армии Ленинградского фронта [457] и 2-й ударной армии Волховского фронта, наращивая силу ударов, продолжали наступление, стремясь завершить прорыв и соединиться в районе Рабочих поселков № 1 и № 5. В то же время правофланговые соединения 67-й армии (45-я гв. сд, 13, 123-я сд и 102-я сбр) были сосредоточены против 1 -го и 2-го городков, а 11, 71, 376-я и 314-я стрелковые дивизии 2-й ударной армии вели бои против сильного узла сопротивления противника юго-западнее Гонтовой Липки, пытаясь расширить фронт прорыва к югу.

67-я армия, введя в бой на правом фланге 13-ю стрелковую дивизию, в центре — 142-ю стрелковую бригаду и усилив 34-й лыжной бригадой 86-ю стрелковую дивизию, за эти дни подошла к Рабочим поселкам № 1 и № 2, овладела Рабочим поселком № 3 и заканчивала уничтожение противника в Шлиссельбурге. Одновременно войска армии обошли 2-й городок с востока, но овладеть им не смогли. Попытки 136-й стрелковой дивизии прорваться к Рабочему поселку № 5 также встретили ожесточенное сопротивление противника. Ввиду неуспеха дальнейших попыток наступать из района Московской Дубровки командующий 67-й армией оставил здесь одну, уже понесшую большие потери 45-ю гвардейскую стрелковую дивизию, а 13-ю стрелковую дивизию в ночь на 18 января перегруппировал в район Марьино и в лес восточнее, с тем чтобы ввести ее в бой для охвата 1-го и 2-го городков с северо-востока. Одновременно командование 18-й немецкой армии приняло решение отказаться от удержания плацдарма группы Хюнера у самого берега Ладожского озера и санкционировало прорыв оставшихся там частей на соединение с основными силами армии. Обеспечивавшие оборону группы Хюнера артиллерийские орудия и тяжелое оружие были брошены. Фактически тем самым признавался успех медленно развивавшегося советского наступления.

Войска 2-й ударной армии в течение 15—17 января [458] закончили уничтожение противника в Рабочих поселках № 4 и № 8, овладели сильным опорным пунктом в Липке, вышли к Рабочему поселку № 1, заняли завод ВИМТ и станцию Синявино. Атаки левофланговых дивизий армии в районах Гонтовой Липки и Гайтолово по-прежнему успеха не имели.

Решающие события развернулись с утра 18 января. Утро началось с соединения войск двух фронтов. Был составлен акт, в котором говорилось:

«18 января 1943 г. в 9 часов 30 минут на восточной окраине Рабочего поселка № 1, прорвав блокаду Ленинграда, встретились 1-й стрелковый батальон 123-й отдельной стрелковой бригады Ленинградского фронта во главе с заместителем командира политчасти майором Мелконяном, старшим лейтенантом Калугиным, сержантом Анисимовым; с другой стороны — 1-й стрелковый батальон 1240-го стрелкового полка 372-й стрелковой дивизии Волховского фронта во главе с начальником 1 -го отделения штадива 372 майором Мельниковым и командиром 440-й разведывательной роты старшим лейтенантом Ишимовым».

Акт был подписан командирами соединений полковником П.И.Радыгиным и подполковником Ф.Ф. Шишовым.

Также 18 января пал «форт Дуомон» — Рабочий поселок № 5. Для обеспечения прорыва группы Хюнера со стороны Рабочих поселков № 1 и № 2 в южном направлении противник силами 61-й пехотной дивизии и других частей из района Рабочего поселка № 5 и Синявино нанес удар по 136-й стрелковой дивизии 67-й армии, стремясь отбросить ее от Рабочего поселка № 5 на запад и облегчить прорыв своих войск с севера. 136-я стрелковая дивизия с 61-й танковой бригадой отразила контратаку противника, и на плечах разгромленных частей противника ворвалась в Рабочий поселок № 5, где в 12.00 дня соединилась с частями 18-й стрелковой дивизии 2-й ударной армии. Одновременно в районе Рабочего поселка № 1 произошла встреча 123-й стрелковой [459] бригады 67-й армии с 372-й стрелковой дивизией 2-й ударной армии. 86-я стрелковая дивизия и 34-я лыжная бригада к 14.00 полностью очистили от противника Шлиссельбург.

Зимой 1943 г. наконец произошло то, о чем мечтали, начиная с первой военной зимы те, про кого написали впоследствии «Волховскую застольную»: Выпьем за тех, Кто командовал ротами, Кто умирал на снегу, Кто в Ленинград Пробирался болотами, Горло ломая врагу!

18 января соединением войск Ленинградского и Волховского фронтов на линии Рабочих поселков № 1 и № 5 основные боевые действия войск Ленинградского и Волховского фронтов по прорыву блокады Ленинграда [460] закончились. В течение последующих двух-трех дней войска 67-й армии, отбрасывая остатки частей противника, вышли на линию железной дороги, идущей от 1 -го городка к Рабочему поселку № 6, и закрепились там. Войска 2-й ударной армии в это время овладели Рабочим поселком № 6 и вышли к железной дороге между этим поселком и станцией Синявино. Неоднократные попытки войск армии до конца января ударами с запада, севера и востока овладеть синявинским узлом сопротивления, а также сломить сопротивление противника в лесах между Синявино и Гонтовая Липка успеха не принесли.

Противник, продолжая увеличивать свои силы в районе Синявино, оказывал упорное сопротивление нашим войскам. С 19 по 30 января в этот район с других участков фронта были переброшены части 4-й дивизии СС «Полицай», 11, 21, 28-й и 212-й пехотных дивизий. Вместе с тем эта группировка противника была усилена артиллерией; значительно возрастала и активность авиации противника. Все это не исключало возможности перехода немецких войск в наступление с целью восстановления блокады Ленинграда.

Чтобы не допустить этого, войска 67-й и 2-й ударной армий в течение последней декады января и начале февраля создали в занятом районе ряд оборонительных рубежей и приспособили для обороны все населенные пункты.

В это же время южнее Ладожского озера прокладывалась железная дорога, по которой установилось железнодорожное сообщение с Ленинградом. Постановление Государственного Комитета обороны от 18 января предписывало построить железную дорогу протяженностью 33 км за предельно короткий срок — 20 дней. Непосредственные работы начались 22 января. Реально строительство было завершено даже с опережением графика, первые поезда по дороге пошли уже в ночь на 6 февраля 1943 г. Дорога, названная Шлиссельбургской [461] трассой, проходила всего в 5 км от линии фронта и находилась под постоянным обстрелом артиллерии противника. Чтобы избежать потерь, поезда по ней проходили преимущественно в ночное время. При этом не обходилось без потерь. Самая крупная катастрофа произошла 3 марта, когда в результате артиллерийского обстрела были уничтожены 41 вагон с боеприпасами и 10 вагонов с другими грузами. Движение приостановилось на двое с половиной суток. 16 марта прямым попаданием в эшелон было уничтожено еще 40 вагонов боеприпасов. Однако, несмотря на все эти трудности, железная дорога существенно увеличила поток грузов в Ленинград. Если в феврале и марте 1943 г. в Ленинград проследовало 69 и 60 поездов, то далее поток перевозок постоянно возрастал, уже в апреле превысив значение в 150 поездов. Всего за 1943 г. по железной дороге было доставлено в город 4,4 млн. тонн грузов, что почти в три раза превышало объем перевозок по зимним и летним дорогам ладожской «дороги жизни». Львиная доля перевозок 1943 г. в осажденный город была произведена по узкому коридору, пробитому за семь дней января 1943 г.

Развитие «Искры».

Установление связи между войсками Ленинградского и Волховского фронтов было даже по директиве Ставки ВГК от 8 декабря 1942 г. лишь первым этапом «Искры». Находившаяся под постоянным обстрелом Шлиссельбургская трасса не была полностью удовлетворительным решением задачи прорыва блокады Ленинграда. Было крайне желательно захватить Синявинские высоты и вывести дорогу по берегу Ладожского озера из-под обстрела артиллерии противника, а также предотвратить восстановление блокады.

1 февраля 1943 г. Ставка ВГК директивой № 30034 уточняет план операции «Искра»:

«Ввиду того, что фронтальные удары в районе Синявино не дали до сих пор должных результатов, необходимо организовать силами [462] Волховского и Ленинградского фронтов дополнительные удары с флангов» (ТЕРРА 5(3), С. 56).

Волховский фронт имел задачу силами шести дивизий с соответствующими средствами усиления прорвать фронт противника и нанести удар в направлении Васькины Нивы, Шапки с целью выхода в тыл мгинско-синявинской группировки немецких войск с востока. Ленинградскому фронту надлежало нанести удар в направлении станции Мга.

В сущности, советское командование предполагало повторить успех Сталинграда в сходной оперативной обстановке. В результате позиционных боев в «бутылочном горле» здесь были сосредоточены значительные силы немецкой 18-й армии. Это не могло не привести к растягиванию флангов. Так, на 100-километровом участке восточной границы выступа против 54-й армии Волховского фронта действовали только 69, 132 и 81 -я пехотные дивизии. Аналогичная обстановка была на Ленинградском фронте, где на тосненском направлении перед войсками 55-й армии фронта занимали оборону лишь два полка 250-й испанской пехотной дивизии. Испанцам предстояло стать «румынами группы армий «Север».

Одновременно с этим Ставка ВГК обязывала командующих фронтами, не дожидаясь подготовки фланговых ударов, продолжать борьбу за Синявинские высоты, уничтожая окопавшегося там противника. Это указание затрудняло создание ударных группировок. Командующий Волховским фронтом высвободил только одну 372-ю стрелковую дивизию полковника П.И.Радыгина и несколько артиллерийских дивизионов для усиления наступательной группировки 54-й армии Волховского фронта в районе населенного пункта Смердыня. Дивизия после боев на ленинградском направлении приняла пополнение, совершила 70-километровый марш в район Смердыни и приготовилась к новому наступлению.[463]

Времени на подготовку второго этапа операции «Искра» отводилось крайне мало. Согласно директиве Ставки ВГК, ее намечали начать 8 февраля, но сложности в подготовительный период заставили перенести наступление на 10 февраля.

Оборону немцев предполагалось прорывать в полосе 54-й армии на фронте 9 километров. Однако плотности артиллерии были существенно ниже, чем в январе 1943 г. Командованию 54-й армии с большим трудом удалось достигнуть плотности в 80 орудий и минометов на километр фронта. Как показывала практика, успехи начинались, когда плотность артиллерии достигала значений около 150 стволов на километр фронта. Изымать артиллерию из 2-й ударной армии и перебрасывать ее в 54-ю армию советское командование, судя по всему, не решилось.

10 февраля, выполняя директиву Ставки ВГК, после артиллерийской подготовки пошли в наступление войска 55-й армии Ленинградского фронта. Перед ней стояли части 4-й дивизии СС «Полицай» и испанской 250-й дивизии. В первый день наступления после ожесточенной рукопашной схватки частям 55-й армии удалось продвинуться на глубину до пяти километров и овладеть населенным пунктом Красный Бор. Испанцы не стали «румынами группы армий «Север». В отличие от румынской 3-й армии к северу от Сталинграда у них уже был опыт боев еще с осени 1941 г. в районе Волхова. Однако удержание позиций стоило испанской дивизии потерь до 70% личного состава. Но и советские войска понесли немалые потери. Наступление начало затухать. За Красным Бором пошли болотистые леса, насыщенные оборонительными сооружениями. Войска продвигались с большим трудом и вскоре совсем остановились.

По схожему сценарию развивались события в полосе наступления 54-й армии А.А.Сухомлина. Оборона противника была очень плотной и добротной. Прорвавшись [464] вперед на сравнительно небольшом участке вклинивания (2 км по фронту и 2 км в глубину), советские саперы насчитали до 100 различных оборонительных сооружений противника. Нехватку артиллерии не могли скомпенсировать даже решительные действия пехоты. Условия местности затрудняли маневр, и стрелковым соединениям приходилось вести лишь фронтальные атаки.

14 февраля была сделана попытка ввести в бой подвижную группу армии. 7-я гвардейская танковая и 58-я стрелковая бригады после короткого, но мощного артналета вклинились в оборону немцев. Однако развить этот частный успех не удалось.

После 16 февраля 54-я армия уже не могла организовать ни одной успешной атаки. 22 февраля, когда не оставалось никакого сомнения в том, что наступление не имеет реальных перспектив для успешного развития, командующий фронтом генерал армии К.А.Мерецков рекомендовал командарму прочно закрепиться на достигнутых рубежах.

Через несколько дней решение К.А.Мерецкова было подтверждено Верховным Главнокомандующим. 27 февраля Ставка ВГК направила командующим Ленинградским и Волховским фронтами директиву № 30057 с приказом о закреплении на достигнутых рубежах:

«1. Наступление 55-й и 67-й армий Ленинградского фронта, 2-й ударной и 54-й армий Волховского фронта прекратить.2. Войскам Ленинградского и Волховского фронтов закрепиться на занимаемых рубежах, вести активную разведку с целью выявления слабых мест противника» (ТЕРРА 5(3), С. 82).

В середине марта Ленинградский и Волховский фронты предприняли попытку перейти в наступление, но она тоже оказалась безрезультатной. Следующее наступление в районе Синявинских высот, Мгинская операция, началось в мае 1943 г.[465]

Операция «Полярная звезда».

Наступление в районе Синявино должно было стать лишь прелюдией к куда более амбициозному наступлению против группы армий «Север». Сравнительно узкий коридор между Чудским озером и озером Ильмень, а также близость Балтики еще с зимы 1942 г. притягивали советское командование. Было очень заманчиво ударом по флангу группы армий «Север» окружить плотную группировку противника, сосредоточившуюся на дне оперативного «мешка» под Ленинградом.

Вначале предполагалось срезать Демянский выступ и от его основания наступать в обход озера Ильмень на юго-запад. В качестве эшелона развития успеха должна была выступать 1 -я танковая армия М.Е.Катукова, которая после завершения формирования 6 марта 1943 г. сосредоточилась в районе Осташкова. Также предполагалось массированное использование воздушно-десантных войск. На Северо-Западном фронте сосредоточивалась 68-я армия генерал-лейтенанта Ф.И.Толбухина. Армия была сформирована 30 января 1943 г. на базе управления участвовавшей в сражении за Сталинград 57-й армии. Армию можно было смело назвать воздушно-десантной: в ее состав вошли 1, 5, 7, 8-я и 9-я гвардейские воздушно-десантные дивизии, 37-я стрелковая дивизия, 33-я и 137-я стрелковые бригады. Помимо высвободившейся после ликвидации окруженной под Сталинградом группировки 57-й армии, для «Полярной звезды» предполагалось использовать 1-ю и 11-ю артиллерийские дивизии и отдельные артиллерийские полки Донского фронта. Сталинградские части и соединения растаскивались по всему фронту для развития наступления на запад.

Танковая и «воздушно-десантная» армии были объединены в особую группу войск под командованием генерал-полковника М.С.Хозина. Она должна была наступать к Нарве, отрезая пути отхода 18-й армии немцев. Соответственно 1 -я ударная армия должна была ударом [466] на Псков к берегу Чудского озера отрезать большую часть войск группы армий «Север» от основных коммуникаций.

Одной из главных предпосылок для проведения «Полярной звезды» была ликвидация «крепости Демянск». Образовавшийся в результате зимнего наступления 1952 г. Красной Армии выступ удерживался немцами в расчете на дальнюю перспективу. Он был удобен для проведения крупномасштабной операции по окружению советских войск ударами по сходящимся направлениям из района Демянска и Ржева. Однако этому плану так и не суждено было осуществиться. 29 января 1943 г., после того как катастрофа под Сталинградом стала очевидностью, Гитлер принял решение эвакуировать Демянский выступ. Командование 16-й армии давно работало над планом операции по эвакуации Демянского выступа. Сразу после получения приказа от начальника Генерального штаба Курта Цейцлера командующий 16-й армии Буш представил план вывода II армейского корпуса из района Демянска. Операция получила кодовое наименование «Очистка чердака» (Entruempelung). В тот момент внутри выступа и в рамушевском коридоре находились 12, 30, 32, 58, 81, 122, 123, 126, 225, 254, 290-я и 329-я пехотные дивизии, 5-я и 8-я егерские дивизии.

Планом операции был предусмотрен вывод войск в несколько этапов, с постепенным уменьшением занимаемого фронта. До 16 февраля вывозились ненужные дивизиям припасы и оборудование, а 17 февраля был отдан приказ на начало вывода войск. При этом уже 15 февраля советское командование начало атаковать стенки «рамушевского коридора». Атака ДЗОТов в лесу по болоту была сложным делом, но рано или поздно оборона была бы прорвана. Немцам нужно было спешить. Первыми 19 февраля вышли 329-я и 32-я пехотные дивизии. За ними последовали 12, 30-я и 122-я пехотные дивизии. Собственно Демянск войска II корпуса [467] оставили 22 февраля. 1 марта 1943 г. генерал Буш в дневном приказе констатировал: «эвакуация завершена».

Уже 28 февраля представитель Ставки на Северо-Западном фронте Г.К.Жуков докладывал:

«Наш план прорыва обороны противника был рассчитан на то, чтобы прорвать слабую оборону противника и, введя в дело группу Хозина, быстро выйти в тыл его ленинградско-волховской группировки. […] Сейчас обстановка резко изменилась» (ТЕРРА 5(3), С. 282).

Действительно, извлечение войск, «законсервированных» в Демянском выступе, существенно изменило обстановку на Северо-Западном фронте. Оборона 16-й армии значительно уплотнилась. Было решено ограничиться захватом Старой Руссы и подготовить южнее озера Ильмень район для весеннего наступления в тыл группы армий «Север».

На какое-то время операция перешла в позиционную фазу. Однако прорвать усиленный фронт 16-й армии даже с помощью гвардейских воздушно-десантных дивизий не удавалось. Вскоре последовали события под Харьковом, потребовавшие резервов и лучших умов. Операция постепенно сошла на нет. Уже 21 марта из состава войск, предназначенных для «Полярной звезды», была изъята 1 -я танковая армия М.Е.Катукова. Армия была переброшена на Воронежский фронт, и в ночь на 23 марта после выгрузки из эшелонов в 25 км южнее Курска и короткого марша 1-я танковая армия сосредоточилась в районе Обояни. Ветераны сражений на московском направлении на два года переместились на юго-западное направление. Именно там она станет гвардейской. Также в район Курского выступа были переброшены в апреле из-под Старой Руссы воздушно-десантные дивизии 68-й армии.

Итоги операции.

С военной точки зрения прорыв блокады Ленинграда означал разрушение последних надежд противника на успех в штурме города. Если блокированный и не имеющий устойчивого снабжения город [468] мог стать жертвой сильного удара, подобного тому, что сокрушил Севастополь в июне 1942 г., то восстановление сообщения с Большой землей означало накачку Ленинградского фронта боеприпасами, боевой техникой и пополнением в количествах, не благоприятствующих успешному штурму. В этом смысле прорыв блокады явился переломным моментом в битве за Ленинград. С января 1943 г. инициатива ведения боевых действий под Ленинградом перешла к советским войскам.

Успешный прорыв блокады Ленинграда войсками Ленинградского и Волховского фронтов был тесно связан с операциями советских войск на других участках советско-германского фронта. Красная Армия, развернув крупные наступательные операции под Великими Луками, в Донбассе, на Северном Кавказе и под Воронежем, привлекла туда основные силы и все резервы противника, лишив его возможности усиливать группировку своих войск под Ленинградом. Это обстоятельство значительно облегчило осуществление прорыва блокады, лишив противника подвижных резервов.

Общие потери Ленинградского и Волховского фронтов в ходе операции «Искра» с 12 по 30 января составили 115 082 человека. На Ленинградском фронте безвозвратные потери составили 12 320 человек, санитарные — 28 944 человека. На Волховском фронте безвозвратные потери составили 21 620 человек, а санитарные — 52 198 человек.

«Искра» представляла собой операцию советских войск нового поколения. Во-первых, это был один из первых примеров прорыва советскими войсками сильно укрепленной обороны противника, защищавшейся немецкими соединениями. Во-вторых, операция по прорыву блокады Ленинграда была одним из первых примеров концентрации артиллерии до значений плотности свыше 150 орудий на километр фронта, ставшей одним из характерных черт наступлений 1943—1945 гг. [469]

Помимо сугубо военного, прорыв блокады Ленинграда имел огромное политическое значение. Несмотря на то что город связала с Большой землей только находившаяся под постоянным обстрелом Шлиссельбургская трасса, прорыв блокады сразу стал ощутимым и на Ленинградском фронте, и в самом городе. Но еще большее значение пробитый к Ленинграду коридор имел для миллионов людей на фронте и в тылу. Когда около полуночи 18 января 1943 г. по радио прозвучали слова Левитана:

«…после семидневных боев войска Волховского и Ленинградского фронтов 18 января соединились и тем самым прорвали блокаду Ленинграда!».

Мало у кого уже оставались сомнения в том, кто выиграет войну. [470]

источник —>>>

1 комментарий »

Добавить комментарий

Please log in using one of these methods to post your comment:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s